"Расцветали яблони и груши... " или как я встретился с неизвестным пленником

Я ходил в школу в Хельсинки, в Финляндии, сначала в четырёхлетку "кансакоулу" (народную школу), потом в пятилетнюю среднюю школу ("кескикоулу") и в трёхлетний лицей ("лукио"). В конце лицея нас ожидал студенческий экзамен, который считался "аттестaтом зрелости". Если нам удавалось выдержать экзамен, мы считались готовыми для поступления в университет.

 

После "кансакоулу", я выдержал экзамен в среднюю школу с языковым уклоном. Мне удалось сдать экзамен очень хорошо, и я поступил с оптимистическим настроением в это училище названное "Итон Финляндии", т.е. школa педагогически высокого уровня, но только для мальчиков. 

 
"Итон Финляндии"

B течение пяти лет в средной школе я изучал четыре языка, а именно финский (мой родной язык), шведский, латинский и английский. B начале лицея – тогда мне было 16 лет (в 1964-ом году), – нам пришлось выбрать пятый язык. 

Выбор был между немецким, французским и русским языком. Мои одноклассники выбрали либо французский либо немецкий язык. В самом деле, большинство (15 пареней из 25 учеников) хотело заниматься немецким языком; семеро мальчиков хотело учить французский. Двое, Олли и Тимо, ещё не pешили, которым языком им хотелось заниматься. Я один хотел учить русский язык. 

Моя главная проблема былa в том, что в группе должно было быть по крайней мере трое учеников. И я уговорил Олли и Тимо, и к моему (и может быть и к их счастью) мы смогли начать "русскую группу". Наши "немецкие" и "французские" товарищи называли группу "коммунистической" согласно идеологии нашего восточного соседа. 

K сожалению, в этом "Итоне" русофильство не было в моде. По моему, мои одноклассники не верно понимали, что русские всегда будут нашими соседями, теперь и в будушем. Правда, Финляндия и СССР и (раньше Швеция-Финляндия и Россия) много воевали друг с другом. И мой отец со своими товарищами участвовал в войне против СССР. Но надо ли нам продолжать вражду? Нет. Нам надо было учиться беседовать с нашими восточнами соседями, с удовольствием, и по-фински, и по-русски.

И по правде говоря, русский язык звучит красиво, особенно тот язык который мы слишали в сказках по телевизору. "Жили были дед и баба..." (Частью по политическому поводу, и на счастье нам, культурный обмен между Финляндией и СССР был довольно оживлённым в шести- и семидесятых годах.) 

Кроме того, соседи в том доме, где я жил с семьей, были русские. Может быть, они сбежали из России после октябрьской революции, хотя в то время революция (весной 1918) тоже вспыхнула в Финляндии. Но как бы то ни было, они были очень любезными людьми, они говорили и на своем красивом родном языке и по-фински с русским акцентом.

Начaлись уроки русскогo языкa. Нашей преподавательницой была Ирина, одних лет, верно, с моей матерью. Она имела вид бабушки, говорила мягко на финском языке. Но oна была всё-же достаточно строгой. Нам надо было сосредоточиться на учёбе. Мы пользовались учебником, "начальным пособием по русскому языку", изданным в Петрозаводске. 

В начале мы учили конкретные слова: "В шкóле на стенé висит большáя кáрта. Это кáрта СССР." Иногда русский язык казался сложным. Склонения существительных и прилагательных, и спряжения глаголов не были легкими. Но в финском языке тоже много таких сложностей. Век живи, век учись! 

Мало-по-малу главы становились более интересными. Я вспоминаю, что мне очень нравилaсь 14-ая глава, которая касалaсь прогулок студентов. Они целый день проходили по лесу, дошли до озера, купались и пели. Студенты были похожи на меня, я тоже любил и до сих пор люблю бродить по лесу. 

В учебнике рассказывалось, что русские люди любят собирать грибы. Моя семья и я часто были в деревне – у нас была дача на расстоянии тридцати километров к северу от Хельсинки, – но насколько я помню, мы не часто набирали грибов, зато ягоды собирали много раз в течение лета. А в настоящее время, я с женой, иногда с нашими детьми, с удовольствием ходим за грибами.

 Ирина, наша дорогая преподавательница, однажды удивила нас троих, Олли, Тимо и меня. Она рассказала, что она работала переводчицей во время войн. Она часто встречалась с русскими пленниками, и один раз в военной больнице русский солдат дал ей бумажку, где он написал слoва песни Катюши. Бумажка была мятой, но легко читаемой. Ирина немного рассказывала об этом пленнике, но конечно, всё это произвело глубокое впетчатление на нас. 

 Русские пленники в Финляндии

Каждый раз когда я пою Катюшу – а я люблю петь по-русски – я вспоминаю Игоря, кажется, его так звали. Надо надеяться, что ему удалось вернуться живым в Россию, на свою родину. Я надеюсь, что он нашел свою Катюшу, как и я нашел мою Стину, мою жену. Простые финны и россияне не хотели ужасных войн. 

 

Расцветали яблони и груши,

Поплыли туманы над рекой.

Выходила на берег Катюша,

На высокий берег на крутой.

Выходила, песню заводила

Про степного, сизого орла,

Про того, которого любила,

Про того, чьи письма берегла.

"Я родился лысым" - маленькая сказка о настоящем братстве

Мой младший братишка купил гитару, когда ему было тринадцать лет. Он часто и заядло перебирал струны гитары, и ясно было, что этот инструмент очень нравился ему. Я сам не играл на гитаре, но мне очень хотелось петь с моим братом. Мои любимые песни были тогда, в течение шестидесятых годов, т.н. "протест-песни", которые касались общественных проблем, как например ситуации малоимущих людей. Мой братишка однако предпочитал песни Битлз моим политическим песням. Как мы все знаем, Битлз были очень популярными в то же время везде в мире. Правильно, они пели красиво, но несмотря на это я слушал охотнее всего "протесты". И мое спокойствие нарушалось особенно, когда я замечал, что у братишки волосы становились всё длиннее и длиннее.

 Это была "мода Битлз". Ему не понравилось, когда я прокритиковал его за это. Он сказал: "А я думаю, что твоя щетина нехороша. Тебе надо побрить её." Неприятная ссора вспыхла между нами. Я чувствовал себя гордым: моя борода росла, как следует у мужчин. Бритьё не требуется. Брат и я больше не пели вместе, ни политических, ни битловских, никаких других песен. Было скучно. Братишка мог играть нa гитаре лучше и лучше, но он совсем не пел, а он только перебирал струны. Мы - цепкие парни, и мы дулись целые две недели.

В один зимний день перед рождеством братишка не пришёл домой, как обычно в третьем часу, а позже, часов в пять. Когда он появился, я сразу понял, почему он задержался. Он зашёл в парикмахерскую на пути из школы домой и побрил волосы. Теперь он был совсем лысым. Я поглаживал мою бороду, которая
мало росла. 

На голове братишки не было волос, только щетина. Он выглядел как пленник Гулага, или даже Аушвица. "Что случилось?" мне удалось сказать смущённым тоном. Родители ещё не видели этой щетины, этой плен-ительной внешности братишки. "Я понял, что Битлы тупые. Теперь я - панк," братишка пояснил. 

"Панк. Да. Почему бы и нет!" я ответил. "Но лучше всего, ты - мой братишка. Это - конченый пункт нашей тупой ссоры. Да?" "Да, согласен," сказал он. Я вставил: "Впрочем, если ты изменишь свое мнение о Битлах, волосы могут вырасти обратно." "Ты прав, братишка!" сказал он. Родители пришли, и сначала они смутились как и я, из-за нового "лук" братишки, а потом засмеялись. Брат и я опять пели вместе, и теперь популярной стала новая песня: "Я родился лысым".

Спасибо!  KIITOS - TACK!
Моя коллега, Елена Володина, помогала мне писать лучше, чем я фактически могу. Все языковые ошибки только мои.

Pasifistin mietteitä Suomen armeijan juhlapäivänä

Suomen armeija kutsuu itseään ”puolustusvoimiksi”. Sillä on iso ja hyvin hoidettu sivusto Internetissä, josta saa monenlaista armeijaan ja asepalveluun liittyvää tietoa. Sivustolla todetaan Asevelvollisuuslakiin viitaten, että ”jokainen miespuolinen Suomen kansalainen on asevelvollinen”. Naiset pääsevät asepalveluun niin halutessaan kuitenkin edellyttäen, että he ovat Suomen kansalaisia, 18 – 29 vuoden ikäisiä ja terveitä. Asepalvelun suorittaneet ovat asevelvollisia suurimman osan aikuisikäänsä, 18:nnesta ikävuodesta 60-vuotiaiksi.


Sivuston ”Erityistapaukset”-otsikon alla kerrotaan aseettomasta palvelusta, siviilipalvelusta sekä Jehovan todistajien asemasta. Tähän uskonlahkoon kuuluvat voidaan hyväksyttyjen lykkäysten jälkeen täysin vapauttaa asevelvollisuuden suorittamisesta rauhan aikana. Huomiotani kiinnittää, että sivun kuvaksi on valittu maastopukuinen sotilas, jolla on Suomen armeijan kokardi karvalakkinsa lipassa ja joka tähtää sormillaan jonnekin. Tämä kuva on varmaan valittu epähuomiossa: me pasifistit emme ota päähämme armeijan kokardilla koristettua karvalakkia emmekä kiusallakaan tähtää ketään.

Varusmiespalveluaika on ilman erikoiskoulutusta 180 päivää, vaativien taitojen oppimista varten 270 päivää sekä vaativimpiin tehtäviin kuten upseeriksi kouluttautumista varten 362 päivää. Tämä on yhtä pitkä aika kuin se, jonka minä vietin siviilipalvelumiehenä yhdessä suljetussa laitoksessa. Kun lyhin asepalveluaika on puolta lyhyempi, on siviilipalvelun kestoa pidettävä rankaisuna.

Siviilipalvelun suorittaminen laitoksessa ei vaatinut minulta erikoistaitoja eikä myöskään antanut  niitä minulle: opin nopeasti yövahdin tehtävät ja maatyöt kuten perunoiden noukkimisen syksymmällä. Laitoksesta päästessäni en osannut ampua enkä komentaa muita yhtään sen paremmin kuin sinne joutuessanikaan. Muutaman asian jaoin armeijan suorittaneiden ikätovereitteni kanssa: sain päivärahaa, kuittasin lainaksi armeijan asusteita – niissä ei ollut armeijan kokardeja – ja palveluajan päättyessä olin ulkomaanpassin onnellinen omistaja. Passin avulla saatoin matkustaa niin halutessani pois Suomesta. (Siviilipalvelusta nykyään, ks. tästä.)

Valtion taloudelliselta tutkimuskeskukselta saamani tiedon mukaan varusmiespalveluksessa on noin 80 prosenttia miesikäluokasta. Suomella onkin Euroopan suurimpiin kuuluva 350 000 sotilaan reserviläisarmeija. Suomen armeijan miesmäärä on yli kaksi kertaa muiden Pohjoismaiden asevoimien yhteenlaskettu vahvuus. Supistuksia tähän määrään on tehty 1990-luvulta lähtien, mutta sekä armeija että enemmistö kansanedustajista haluaa säilyttää yleisen asevelvollisuuden ja kouluttaa koko ikäluokan. Suomessa ei mentäne Ruotsin tapaiseen järjestelmään, joka paraikaa on muuttumassa yleisestä asevelvollisuusarmeijasta ammattiarmeijaksi. Muutoksen on määrä olla selvä vuonna 2019, mutta koko ajan kuuluu puhetta, että prosessi käy liian kalliiksi.

Armeijoiden merkitystä on turha kieltää. Ne pitävät osaltaan yllä poliittista tilannetta maan päällä ja myös avaruudessa, jonne tietyt sotilasmahdit ovat jo siirtäneet kalustoaan. Armeijoiden lakkauttaminen ei ole realismia edes pohjoismaissa, esimerkiksi Ruotsissa yksikään puolue ei kannata armeijan lopettamista. Vasemmistopuolue kuuluttaa sosialistisuuttaan mutta ei pasifistisuutta. Tuo muutoshakuinen puolue on jo poistetun yleisen asevelvollisuuden kannalla. Myöskään kristillisdemokraatit eivät ole pasifistisen rauhan puolue, jos joku nyt niin kuvitteli. (Kristinuskon suhteesta väkivaltaan, ks. Matteus 5:21-25 ja Matteus 10: 34-36.)  

Mutta onko toisenlainen maailma mahdollinen, semmoinen jossa emme uhkailisi toisiamme kättä pidemmällä tai, biokemiallisista aseista puheen ollen, kättä pienemmällä? Realistinen vastaus on, että maailmasta on tulossa yhä parempi paikka elää. En käy tässä saarnaamaan Uudesta Uhkeasta Maailmasta, jääköön se hupsujen huxlien tehtäväksi, vaan kehotan kaikkia lukemaan Steven Pinkerin kirjan The Better Angels of our Nature. Tuon maailmankuulun tiedemiehen mukaan olemme siirtymässä yhä rauhanomaisempaan maailmaan. Näin on vaikka juuri tälläkin hetkellä todistamme kauheuksia kuten siviiliväestön joukkomurhia Syyriassa.

En aseta toivoani paremmasta maailmasta mihinkään uskonlahkoon, en hyvää tarkoittaviin maailmanparantajiin, en edes pelkästään meihin pasifisteihin. Asetan uskoni meihin, erilaisiin ihmisiin. Taloudellisen turvallisuuden, yhteiskuntien toimivuuden ja koulutustason kasvaessa saamme aikaan yhä paremman maailman. Olemme matkalla sinne myös tänä Suomen armeijan juhlapäivänä ja marsalkka Mannerheimin syntymäpäivänä.

Tulevaisuuden maailmassa ei varmaankaan vallitse mikään yleinen tai pysyvä rauhantila. Se ei ole paratiisi. Mutta tulevaisuuden maailmakin on toivottavasti ihmisten maailma. Siinä maailmassa saamme yhä paremmat mahdollisuudet näyttää, mihin homo sapiens sapiens, tämä sangen viisas ihminen, oikein pystyy. Me pystymme paljoon, hyvässä ja pahassa. Suotakoon, että hyvät voimat, the better angels of our nature, kuten presidentti Lincoln asian ilmaisi, pääsevät voitolle yhä useammin. Puhtia siis puuhiimme ja riemua rintaamme! Parempi tulevaisuus on edessäpäin.




PS. Kirjoitettuani edellä olevan tekstin jouduin lisälähteitä hakiessani sivustoon, jossa on Venäjän asevoimien komentajan, kenraali Nikolai Makarovin äskettäinen puhe suomalaiselle kuulijakunnalle. Ks. tästä. Huomaan, että sitä on kommentoitu Suomen julkiviestimissä aika lailla. Minulla ei ole riittävästi tietoa sen asianmukaiseen käsittelemiseen. 

Pasifistin kommenttina totean, että oikeastaan me emme elä rauhan vaan sodattomuuden tilassa omassa maailmankolkassamme. Armeijat luovat sodanuhkan, ja se on saatava poistettua kaikkialta maailmasta. Tehtävä on giganttinen, ja juuri siksi sopiva homo sapiens sapiens-lajille. Rauhan luomiseen ei tarvita lisää kättä pidempiä tai pienempiä aseita, vaan enemmän YYA:ta eli ystävyyttä, yhteistyötä ja avun antamista sitä tarvitseville. Haluaisin, että roomalaisilta peritty ajattelutapa haudattaisiin, se joka tiivistyy sanontaan Si vis pacem, para bellum - Jos haluat rauhaa, valmistaudu sotaan - Если вы хотите мир, готовьтесь к войне (Jesli vy hotíte mir, gotovtesj k vajné). 

PPS. Viimeisimmän tiedon mukaan Suomen armeijan asepalvelukseen määrätyistä henkilöistä 16 % vapautetaan palvelusta. Tavallisimmat syyt vapautukseen ovat mielenterveydellisiä. Vain 2 % ikäluokasta valitsee siviilipalvelun.